May 15th, 2021

Мои путешествия. Индия - страна контрастов. Часть 16. Джайпур. Дворец ветров Хава-Махал



Одной из самых знаменитых, тиражируемых и посещемых достопримечательностей Индии является дворец Хава-Махал.

Этот совершенно сказочный дворец считается не только гордостью Джайпура, но и его символом.

Collapse )

Любимые рассказы... Михаил Веллер. "Долги". Часть 1 (из 2)






1

Чем крепче нервы, тем ближе цель. С этим изречением я познакомился в девятнадцать лет: прочитал татуировку на плече. Плечо смотрелось: мускулистое под жестким загаром, оно как бы подкрепляло смысл надписи. И соответствующее лицо мужчины. Что слова эти из песенки американских матросов времен второй мировой войны, я узнал гораздо позднее.

  У меня нервы скверные. Как у многих. Я долго запрягаю и медленно езжу, виляя по сторонам. Близость цели возбуждает меня сверх меры, перехлестывающий энтузиазм мешается со страхом упустить, и как следствие - паническая суета, затрудняющая дело. Мысленно я всего уже десять раз достиг и столько же раз потерял. И добившись наконец давно желаемого, я испытываю обычно только усталость и легкое разочарование, что ну вот и все.

  Так было и сейчас - но и не совсем так. У меня вышла вторая книга. Не шедевр, греза начинающего, однако и не такая плохая книга, честное слово. На уровне. Телевидение поставило мой сценарий и заключило договор на другой. Тоже - не Штирлиц, но многим вполне понравилось. Я стал профессионалом.

  Занятое мной положение не давало исчезнуть отраде, знакомой на моем месте любому. Удовлетворение лишь подстегивалось некоторыми отзывами вроде "талантливо начинал", "на халтуру разменивается", - подобные высказывания, как правило, исходят от людей, добившихся меньшего, чем ты, и продиктованы, вероятнее всего, завистью. А зависть, по формулировке Скрябина, есть признание себя побежденным... Я - оцениваю свои возможности реально; а профессионализм есть профессионализм: неумно тщиться быть гением в тридцать семь лет.

  И вот в свои тридцать семь я получил возможность "остановиться, оглянуться", - право на передышку. Годы подряд я, без преувеличения, работал много и напряженно. Я писал и переписывал бесконечно, я предлагал десятки вариантов и вносил тысячи поправок. Кто сомневается, как трудно составить себе какое-то литературное имя, пусть попробует сам.

  Теперь я обладал солидной суммой. Деньги гарантировали свободу во времени. Я погасил задолженность за свой однокомнатный кооператив. Раздал долги. И полтора месяца предавался сладостному ничегонеделанию.

  Я просыпался в полдень, наливал из термоса кофе и читали в постели детективы. Бродил днем по музеям и просто по зимнему городу, едва ли не впервые воспринимая его красоту и красоту вообще всего кругом. Высшее, самое тонкое и полное наслаждение всем сущим доступно, наверное, одним бездельникам.

  Характер мой выровнялся, исчезла раздражительность: я посвежел. Я наслаждаюсь жизнью: с повторяемостью наслаждение требует дополнительной остроты: я мог позволить себе роскошь никчемных дел.

Collapse )

Любимые рассказы... Михаил Веллер - "Долги". Часть 2 (из 2) (плюс комментарий Д. Быкова)


10

Он унизил меня сильно. Служебная субординация... я проглотил: на карте стояло слишком много.

  Я нашел его. Он был уже на пенсии. День было теплый и талый, с капелью, во дворе за столиком укутанные пенсионеры стучали домино.

  - Круглов? - спросил я.

  Они подняли лица в старческом румянце.

  - Вы мне? - спросил он.

  Я назвался. Он не помнил. Я очень подробно напомнил ему тот год, то лето, месяц, пересказал ситуацию.

  Он заулыбался.

  - Как же, как же... Да, отмочили вы (он чуть замедлился перед этим "вы", по памяти обратившись было на "ты"), - отмочили вы тогда штуку. Выговорил я вам тогда, да, рассердился даже, помню!..

  Я сказал ему в лицо все. Румянец его схлынул, обнажив склеротическую сетку на жеваной желтизне щек...

  Пенсионеры испуганно притихли. Но я был готов к жалости, и она мне не мешала.

  - Я много лет жил с этим, - сказал я. - Теперь мой черед... Квиты! Помни меня.

  Я отдавал себе отчет в собственной жестокости. Но к нему вернулся его же камень.

Collapse )