жемчужИна (neznakomka_18) wrote,
жемчужИна
neznakomka_18

Categories:

Цитаты из прочитанных книг... Бернар Вербер - Тайна богов




Над людьми – ангелы. Над ангелами – боги. Над богами – ?
Вам не нравится этот мир? Придумайте другой, который будет лучше.
Вы считаете, что Бог несовершенен? Встаньте на его место.


*************************************************************************


Если это невозможно, это не значит, что мы не станем этого делать. Вот если мы этого не сделаем, тогда это и станет невозможным.


Ищи то, чего тебе не хватает, в том, что у тебя есть.


Фальшивая нота, сыгранная неумело, - это просто фальшивая нота. фальшивая нота, сыгранная уверенно,- это импровизация.


- То что не убивает нас, делает нас сильнее.
- Я всегда считал эту фразу идиотской. Объясни-ка тому, кого сбила машина и теперь он навсегда остался калекой, что авария, в которой он не погиб, сделала его сильнее! Объясни девушке, изнасилованной бандой негодяев, что это сделало ее сильнее. Объясни тем, кто безвинно пострадал на войне, что это сделало их сильнее! Иногда нужно остановиться, отказаться от красивых фраз! Все эти слова нужны только для того, чтобы люди смирились с тем, с чем смириться нельзя. Для того, чтобы мы думали, будто в этом несправедливом мире есть какой-то скрытый смысл. Нет никакого скрытого смысла! Мы не в романе.


Кладбища переполнены хорошими людьми, а циничные мерзавцы покоятся в пантеонах и мавзолеях. Но именно мерзавцев выбирают историки, которые пишут для будущих поколений. Именно мерзавцы со временем становятся героями, окруженными ореолом славы


Как сказать этому напыщенному всезнайке, что боги, его бог и другие, общаются со смертными когда, где и как угодно? Что им не нужны для этого храмы и священники?
Как объяснить ему, что боги, и его, и другие, не любят богомольцев?
Как объяснить, что мы, боги, предпочитаем атеистов или агностиков, разум которых способен воспринимать наши послания, в то время как набожные и верующие, закосневшие и в своей непробиваемой самоуверенности, не дают никакой возможности общаться с ними?


Настоящий герой не должен быть однозначным, мы всегда должны предполагать, что он может потерпеть неудачу или перейти на сторону негодяев. Пусть принцесса откажет ему, пусть его близкие подозревают его в преступлении. Все как в жизни.


Настоящих пионеров, первопроходцев никогда не понимали. Лавры пожинали их подражатели. Это нормально. Смертные боятся всего нового, особенно если это заставит измениться их самих. Оригинальность подобна ереси. Они не хотят никаких новых горизонтов. Они хотят бесконечного повторения того, с чем они хорошо знакомы.


Среди дельфинов выжили самые большие параноики. Они быстрее соображали и действовали. Все оптимисты вымерли.


Прудон во многом прав: поощряя самые низменные инстинкты – страх, зависть, ненависть, – можно быстро добиться фантастических результатов.


Удивительный парадокс… Ад – это понятие, изобретенное людьми, чтобы наказывать самих себя. Все, кого вы видели, добровольно перешли Стикс и сами выбрали страдание. Когда им надоест, они смогут уйти и вернуться к жизни как и где они захотят.
- Мы вам не верим! – отрезает Эдип.
- Как ни печально, это правда. Единственное, что их здесь удерживает, – их собственная воля быть наказанными. Вы недооцениваете силу чувства вины.
Я повторяю: мы все свободны жить в мире без ада, но некоторые сами изобретают свой собственный ад, потому что хотят страдать. Ад существует только в воображении людей. И благодаря их страху, чувству вины и мазохизму.
- Вы хотите сказать, что они сами выбрали мучения, сами захотели быть замурованными в потолок, так, чтобы только голова оставалась снаружи? – недоверчиво спрашивает Эдмонд Уэллс.
Повелитель ада повторяет:
- Конечно. У мазохизма много причин. Вы ведь сами писали об этом в своей “Энциклопедии”, профессор Уэллс. Вот одна из этих причин. Пока вы страдаете, вы живете более яркой жизнью, сильнее привязаны к реальности, сильнее чувствуете саму жизнь. Еще одно удовольствие для мазохиста – жалеть себя. Пока страдаешь, можешь демонстрировать это своим близким, чувствовать себя героем и мучеником, – продолжает Аид.


- Почему весь мир не может быть добр? - спрашиваю я.
- Отличный вопрос. Вот и ответ. Потому что если мир будет только хорош, не будет никакой заслуги в том, что и вы поступаете хорошо. Помните историю, которую рассказывает Эдмонд Уэллс в "Энциклопедии"? О светлячке, который спрашивает отца: "Тебе нравится, как я свечу? " А отец отвечает: "Здесь слишком много света от других, поэтому я не вижу, как ты светишь". Тогда светлячок спрашивает: "Что же мне сделать, чтобы ты меня увидел?" И отец отвечает: "Лети во тьму". Светлячок улетает в темноту, отец наконец видит его и говорит: "Сынок, ты прекрасно светишь". Но тут светлячок понимает, что его со всех сторон окружает тьма, и кричит: "Отец, почему ты меня оставил?"



- Почему существуют серийные убийцы? - спрашивает Эдип.
- Замечательный вопрос. Потому что раньше (да и сейчас) у них была особая миссия. Выслушайте меня, это, конечно, всего лишь точка зрения "дьявола", но и она чего-нибудь стоит. Человеческое общество устроено, как муравейник. У всех его членов вполне определенная задача. Раньше государствам были нужны агрессивные и энергичные полководцы. Они вырастали из злых, агрессивных "детей гнева", детей, которых били в детстве. Ребенок, которого бьют, зол на весь мир, и все свои силы он отдаст на то, чтобы отомстить. Когда он вырастет, то станет военачальником-чудовищем. И превзойдет жестокостью других полководцев, психику которых не подорвали в детстве.
- Это значит, что общество порождает жестоких родителей, чтобы получить "детей гнева", которые нужны для того, чтобы воевать? - изумляется Эдип.
- Совершенно верно. Проблема в том, что в современном мире уже не нужно сражаться за передел границ, завоевывать новые земли. "Дети гнева", которые хотят убивать, уже не могут стать полководцами-завоевателями. Вот так появляются серийные убийцы.
- Но не все же, кто получили в детстве травму, становятся убийцами! - замечаю я.
- Да, энергия ненависти может находить разные выходы. Психозы и неврозы трансформируют личность таким образом, что человек становится способен на то, на что не способны другие, на то, о чем нормальные люди даже помыслить не могут. Как вы думаете, неужели Ван Гог отдавался бы с такой страстью поиску цвета, если бы не был сумасшедшим?
- Это довольно своеобразная точка зрения, - говорит Эдмонд Уэллс. - Стало быть, вы утверждаете, что только невротическая личность способна на смелые художественные эксперименты?
- Именно так.
- Но есть же нормальные, счастливые, спокойные люди, которые создают необыкновенные произведения.
Аид удивленно поднимает брови.
- Да? И кто же это?
- Ну, если брать примеры с Земли-1, то Моцарт, например.
- Очень жаль, но вы не были с ним знакомы. А я был. Он был совершенно чокнутый. В юности его подавлял отец, который превратил его в некое подобие ученой обезьянки и заставлял выступать перед аристократами и монархами. Моцарт всю жизнь страдал от расстройства психики. Все свое состояние он проиграл в карты.
- Леонардо да Винчи?
- В 19 лет его собирались сжечь на костре за гомосексуализм. У него тоже были большие проблемы с отцом, который искалечил ему психику.
- Жанна Д'Арк?
- Религиозная фанатичка, одержимая галлюцинациями.
- Король Людовик Святой?
- Святой? Да он был убийцей. Он создал себе репутацию "доброго короля", наняв в официальные биографы монаха Эгеларта, напичкавшего свои писания пропагандой. Людовик был животным, холериком, он устраивал бойни и резню, чтобы грабить тех, чьему богатству он завидовал. Никогда не путайте человека с легендой о нем.
- Бетховен?
- Властный отец превратил его в агрессивного параноика. Позже он украл сына у своей невестки и заставлял его стать музыкантом, пока тот не попытался покончить с собой. У него случались чудовищные припадки гнева, он был властным и деспотичным. Совершенно не выносил, когда с ним спорили.
- Микеланджело?
- Шизофреник. Мания величия. По ночам он переодевался в женскую одежду, потому что неуютно чувствовал себя в обличии мужчины.
- Ганди? Не будете же вы утверждать, что Ганди был невротиком?
- У него была ригидная психика. Он считал, что только ему известна истина. Никого и ничего не желал слушать. Тиранил жену, не выносил возражений.
- Мать Тереза?
- Заботиться о других - один из способов спрятаться от себя. Я думаю, вы видели немало таких людей в Империи ангелов. Она не только бежала от себя, но и, как вы заметили, заботилась только о бедных. Проще решить проблемы с жильем и пропитанием для бедняка, чем возиться со сложными душевными состояниями состоятельных людей или политиков.


Аид направляет свой скипетр на экран, и на нем появляются снятые скрытой камерой берега Стикса, где обнаженные люди истязают друг друга.
- Вы видите где-нибудь здесь дьявола, чертей? Видите палача? Если бы это зависело только от меня, я давно бы уже простил всех этих грешников.
- До того, кто не желает слушать, докричаться невозможно. Я мечтаю о том, чтобы этого места вовсе не существовало, чтобы эти люди снова родились на свет, стали младенцами, чтобы жизнь за жизнью учиться новому.
- Вы лжете!
- Вы опять судите меня. На самом деле я мечтаю отойти от дел. Но миру необходим черный цвет, чтобы белый был заметнее. Правда?
- Да, дорогой! Ты ведь даже один раз попытался забастовать!
- Да, один раз. Я предложил закрыть это место страданий. Все на Эдеме были согласны, даже Зевс. Но души мертвых возмутились: "И речи быть не может о том, чтобы закрыть ад, он нам необходим". О, как снисходительны боги, как жестоки смертные!
Мы не можем отвести глаз от экрана. Мы начинаем привыкать тому, что видим. Ко всему можно привыкнуть.
- Все души находятся здесь по собственному желанию и в любой момент могут покинуть это место, - напоминает Аид.
- Неправда! Эвридика не смогла уйти отсюда, потому что я обернулся, - возражает Орфей.
- Это был ее выбор, только ее. "Если он обернется, значит, он не доверяет мне, хотя я так сильно люблю его. Тогда я лучше останусь здесь".
Орфей кидается на Аида, но тот удерживает его.
- Я не верю вам!
- Потому что ваше чувство вины слишком сильно.



Я всегда считал, что единственное испытание - это необходимость сделать выбор. Все получают именно то, чего хотят. Проблема в том, что все обычно ошибаются в выборе желания.
Эдмонд сам заканчивает фразу:
- Люди стараются сократить свои страдания вместо того, чтобы увеличить счастье.



Внимание. Опасность. Я кажусь не таким, как они. Быстро! Немедленно собраться и стать нормальным смертным, иначе вот-вот взвоют сирены. Придется вспомнить все привычки смертного. Маленькие желания, мелкие недовольства. Привыкнуть к плоской, монотонной жизни. Быть похожим на них. Иначе они отторгнут меня. Или затопчут.


Tags: вербер бернард, книги, мои книги, цитаты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments