жемчужИна (neznakomka_18) wrote,
жемчужИна
neznakomka_18

Мое кино. Ларс фон Триер - Догвилль (2003, Дания, Швеция, Италия, Германия и другие)


Related image

1930-е годы. Спасаясь от гангстеров, юная Грэйс оказывается в городке Догвилль где-то в Скалистых горах. Местные жители нехотя соглашаются приютить беглянку, если она будет работать на них, но затем их запросы становятся непомерными, а страх разоблачения превращает обывателей в жестоких подонков.

Постепенно Грэйс становится рабыней тихих обитателей Догвилля, убеждаясь, что в этом городе у доброты есть оборотная сторона. Однако никто не знает, как опасна может быть Грэйс. Вскоре Догвилль пожалеет, что посмел обнажить свои клыки…

*****************************************************************************************

Мой комментарий:

Фильм ошеломил!!! Сбил с ног...ударил под дых...поразил громом и молнией... ошпарил кипятком... и в итоге выстрелил в самое сердце, по пути разбив очередную пару розовых очков....

Ничего подобного ему до сих пор я не видела.

Как же хорошо, что некоторые фильмы я смотрю с опозданием! До некоторых картин и их идей надо созреть и дорасти. Хотя, с другой стороны, эти же "некоторые картины и их идеи", в общем-то, и призваны помогать нам расти, созревать, взрослеть и умнеть.

Вообще, когда я открываю для себя подобные фильмы, то удовольствие и восторг в таких случаях я испытываю вдвойне: в первую очередь, от самого фильма и его влияния на меня, а во-вторых, читая отзывы и рецензии авторитетных либо просто умных и толковых людей. В этих комментариях я всегда нахожу столько интересных и не замеченных мною деталей, столько любопытных объяснений и рассуждений, что в итоге и сама начинаю видеть и понимать все гораздо полнее, а иногда, можно сказать, заново открываю для себя тот или иной фильм.

Вот и в этот раз я просто с жадностью накинулась на отдельные комментарии и статьи, читала их с огромным интересом, останавливалась, пытаясь осмыслить какие-то слова или сравнить их со своими мыслями и чувствами, восхищалась прозорливостью некоторых зрителей и их умением размышлять и анализировать . В общем, получила еще одну порцию удовольствия! За первую порцию удовольствия - то есть, за сам фильм и революционный переворот в моей голове - я говорю спасибо всем создателям фильма, в первую очередь сценаристу и режиссеру Ларсу фон Триеру. Это было гениально!



Несколько цитат из фильма:



-- Значит, я высокомерна. Высокомерна, потому что я прощаю людей? Бог ты мой.
-- Неужели ты не чувствуешь, как снисходительно ты об этом говоришь? У тебя есть предубеждение...
-- Нет...
-- ...что никто, послушай меня, никто не может достичь столь высокого уровня нравственности, которого достигла ты. Поэтому ты и оправдываешь других людей.
Трудно представить себе большее высокомерие.
-- А почему я не должна быть милосердной? Почему?
-- Нет, нет, нет. Ты должна, должна быть милосердной, когда для милосердия есть время. Но вместе с тем, ты не должна отступать от своих моральных принципов. Ради них. Они заслуживают за свои прегрешения того же наказания, что ты - за свои.
-- Они люди.
-- Нет, нет, нет. Разве каждый человек не должен отвечать за свои поступки?
-- Конечно, должен.
-- Но ты не даешь им такой возможности. И это чрезвычайное высокомерие.



-- Эти люди делают всё, что в их силах, чтобы оставаться людьми, несмотря на все трудности.
-- Как скажешь, Грэйс. Но достаточно ли их усилий?



— Насильники и убийцы, по-твоему, просто жертвы. А я, я называю их псами. Если они готовы жрать собственную отрыжку, остановить их можно лишь плетью.
— Но псы не могут пойти против своей природы, почему мы не должны их прощать?
— Их можно обучить полезным вещам, но при одном условии — если не прощать их, когда природа берёт в них верх.



Из комментариев:


***
Как жаль, что оскорбленной добродетели не дано карать грешников (с) С. Моэм «Луна и грош».

«Догвилль» — фильм о том, как оскорбленная добродетель, в данном случае — благодать (Grace с англ. — благодать, милосердие) таки свершила акт справедливого возмездия. Но что такое справедливость? Существует ли вообще справедливость? Каждый человек практически всегда оправдывает свои действия и считает, что поступает по справедливости. Ведь не просто так мы делаем те или иные вещи. Что-то мы под этим подразумеваем. В финальной сцене Грейс подметила, что, будучи на месте горожан, она могла бы поступать точно так же, как и они, и считала бы, что поступает правильно. И свой поступок, естественно, она тоже считает правильным — со своей точки зрения.

Догвилль — наше общество в миниатюре. Мы все каждый день вершим самосуд. Мы все правы и благодетельны в наших глазах, но мы осуждаем каждого, кто, как мы думаем, достоин этого, и пытаемся повлиять на него каждым доступным способом, не вникая в его мотивы.



***
«Звери», живущие в «открытых клетках», по прекрасной задумке режиссера в течении всего своего существования не имели возможности проявить животную сущность, пока в городе не оказался ЧЕЛОВЕК. И тогда пришел в Догвилль светлый праздник жестокости и унижения, в результате чего самоутверждался каждый от мала до велика.


***
Тот, кто громче всех кричит о морали, чаще других получает гордые аморальные ордена. Вот она, концепция человеческого существования. Даже самый скромный и, казалось бы, ответственный человек с добрыми побуждениями может оказаться последним подонком.


***
Как метко выразился один из рецензентов, Догвилль — это укромное местечко в нашей душе. В конце концов, наша нравственность это проявление высокомерия, наше сочувствие порождение снисхождения, наше благородство эгоистично, а доброжелательность выступает как элемент этикета, традиций, воспитания и т. п А какие мы на самом деле?


Image result for догвилль


Город Псовск (Дмитрий Быков)

Тех, кто еще не видел последней работы Ларса фон Триера, и особенно тех, для кого ее просмотр будет первой встречей с творчеством датского кудесника, хочется предупредить, чтобы они не относились к «Догвиллю» слишком уж серьезно. Не искали там теологических подтекстов (и так слишком очевидных), не делали апокалиптических выводов и вообще посмотрели фильм так, как Триер его снял: с иронией. Этот режиссер очень не любит человечества, и я его очень понимаю – у меня самого бывают такие состояния; по сравнению с его традиционной, выстраданной, религиозной скандинавской мизантропией раздражение Киры Муратовой выглядит легким дамским неудовольствием. Поэтому смотреть Муратову гораздо веселей. Триер же каждым своим фильмом издевается над благодарным зрителем, делая это все более холодно, жестоко и изобретательно; мне такая тактика очень импонирует, не подумайте плохого,- тем более что дураки «ведутся». Меня только смутила «Танцующая в темноте», где слезу уж вовсе выжимали коленом, а сами все это время гнусно хихикали. «Догвилль», конечно, гораздо тоньше сделан. Я даже думаю, что это лучшая работа фон Триера вообще. Правда, в Каннах тоже не дураки сидели и очень быстро сообразили, что мэтр издевается,- ну и не дали ему ничего. Довыделывался. Дали «Слону», где моральная проблема ставится якобы всерьез. Теперь российские прокатчики вынуждены писать на афишах «Догвилля» невнятные слова «Фаворит Каннского кинофестиваля». Гордое звание фаворита на полочку не поставишь.

Что касается собственно картины, то это не столько начало новой трилогии (на этот раз американской, названной «USA»), сколько продолжение цикла «Золотое сердце» («Рассекая волны» – «Идиоты» – «Танцующая»). Опять злобный маленький поселок, чье название можно перевести на русский как «Псовск» или «Псинск», опять не то святая, не то юродивая, которая сваливается вдруг на этот поселок, как чудо, а потом насилуется всеми местными мужчинами. Правда, если в «Рассекая» героиня вроде как возносится на небеса, то в финале «Догвилля» она при помощи своего внезапно объявившегося папы (бог-отец из большой черной машины) жесточайшим образом расправляется с озверевшим населением Догвилля. Поначалу зал горячо аплодирует, но как только Триер с редкостным натурализмом начинает демонстрировать расправу (в насквозь условной, очень театральной картине такой жестокий реализм под занавес впечатляет вдвойне), зрители в очередной раз понимают, что над ними поставлен фирменный триеровский эксперимент, и устыжаются. Справедливость выглядит некрасиво. Святой опять пришел в мир, и его опять пытали; ну так вот же этому миру! Пощадили только собачку, которую зовут Моисей. Подозреваю, что вторая часть трилогии будет посвящена именно новым приключениям собачки, а вовсе не Грейс, которую так душевно сыграла Николь Кидман.

В общем, «Догвилль» – это своего рода «Алые паруса», в финале которых Ассоль вдруг сказала бы Грэю: все это очень хорошо, м-милый, но прежде, чем отплывать, сожги Каперну! Что самое интересное, это было бы поделом. Но Ассоль была настоящая святая, а не юродивая, и потому в гриновской сказке ничего подобного случиться не могло; а фон Триер как раз очень любит поверять сказки жестокой реальностью – то натуралистично повесит героиню мюзикла, то сделает шлюхой трогательную визионерку. Такое издевательство над самой идеей святости доставляет ему, кажется, истинное наслаждение. Когда в финале Грейс лично расстреливает единственного мужчину в деревне, который так с ней и не переспал (правда, неоднократно предал),- она произносит дивную фразу: «Кое-что надо делать самой». А что, бывают и такие святые. Кажется, я даже понял, почему Триера так магически притягивает Америка – не столько реальная страна, в которой он ни разу не был, сколько сама идея Америки: мифология этой страны основана на вере в человека, на теплом, противноватом умилении перед ним, на максимальном благоприятствовании ему. А человек фон Триеру противен: «здесь, на горошине земли, будь или ангел, или демон». И в самом деле, постановщик «Догвилля» куда как убедителен, когда демонстрирует, как из милых маленьких слабостей вырастают жуткие мании, граничащие с садизмом. Каждый из пятнадцати обитателей «Догвилля» страдает какой-нибудь невинной патологией, и у каждого она – под действием святости Грейс – разрастается до настоящего, жестокого, зловонного безумия. «Мы неспособны принять дар»,- вещает местный философ. А все потому, что вы люди. В фильме упоминается восемнадцатый псалом, который все никак не может спеть органистка местного молельного дома; ну что ж, откроем и псалом. В русской традиции он – семнадцатый, там нумерация сбита на единичку:

«Избавил меня от врага моего сильного и от ненавидящих меня, которые были сильнее меня, воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих вознаградил меня»; то-то в фильме все упоминаются белые, чистые, нерабочие руки Грейс и красные руки ее врагов…
«С чистым – чисто, а с лукавым – по лукавству его. Ибо ты людей угнетенных спасаешь, а очи надменные унижаешь».

Во всей этой стройной концепции есть одна фирменная фон триеровская подмена, которая для меня и обесценивает весь пафос его исключительно остроумной картины. Фильм-то вправду удачный, не шучу: сцена, в которой обезумевшая от ревности многодетная мать Вера является в лачугу Грейс выяснять отношения, войдет в учебники. «Это ты соблазнила моего Чака! Он порядочный, он добрый!» И разбивает одну за другой все трогательно-безвкусные фарфоровые безделушки, которые Грейс скупила в местной лавке в попытке обуютить свое убогое жилье. Ей-богу, когда потом, в порядке мести, на глазах у Веры будут расстреливать ее детей – это получится далеко не так сильно. Но о подмене: Вера-то, сама того не желая, выдает ужасную триеровскую тайну. Грейс не столько святая и не столько даже юродивая, сколько воплощенная жертвенная женственность, самый опасный соблазн. Виктимность из нее так и прет – хрупкая, тонкая, ходит босиком, ничего не умеет делать… Так жалко, что убил бы. Собственно, все догвилльские мужчины и домогаются ее от жалости: она их провоцирует, сама того не желая… а может, и желая. И кротость, с которой принимает она все проявления местной жестокости, только разжигает страсти населения; вот эта-то виктимность – осознанная или неосознанная, бог весть,- и не дает поверить в святость странной гостьи. Когда ты в человека плюешь, а он тебя за это похваливает,- это поневоле злит; и поведение жертвы в этом случае не имеет ничего общего с христианским. Можно бы объяснить это подробнее, да места нет. Скажем одно: толковать святость как психологическую и сексуальную патологию – большая ошибка; удержаться на грани, отделяющей святость от болезни,- почти нереально… но автор ведь давно для себя эту грань стер, не так ли? Триер вообще очень любит выдавать «Идиотов» за святых и часто путает Марию из Вифании с Марией из Магдалы. Он не так уж и скрывает это.

В финале авторский голос произносит:
«Так Грейс покинула Догвилль. Или Догвилль покинул Грейс? Не станем отвечать на этот вопрос и даже задавать его, ибо немногим станет от этого лучше».
Отчего же немногим? И зададим, и ответим. Это мир отвернулся от Бога или Бог отвернулся от мира? Да ни то ни другое. Это Ларе фон Триер отвернулся от мира… да и от Бога, кажется, тоже… Позиция последовательная, честная, имеет право. А кино он снимает очень хорошо, и кто-нибудь, посмотревши это кино, возьмет да и повернется в нужную сторону.
2004 год
"Вместо жизни"
Related image


А этот комментарий к фильму мне показался лучшим из всех, которые я прочитала:

Высокомерие любви

Пересмотрел Догвиль. Ну, и что здесь не понятного?!

Фильм прост, как Евангельская притча: Бог Отец (Д.Канн) поспорил с Богом Сыном (Н. Кидман) о том, что такое "высокомерие".

Бог Отец давно уже вынес людям свой вердикт: он не испытывает к ним любви, называя их "псами", которые могут быть полезны, только тогда, когда они хорошо "обучены". Типа ветхозаветного "пса" Моисея, материализующегося (в эпилоге) из всего искусственно-театрального, не настоящего, в единственно реальный и живой персонаж - символ этой притчи.

Бог Отец судит, Сын не хочет судить.

Такой вердикт Отца людям показался Сыну черезчур высокомерным.

Сын ушел от Отца и стал симпатизировать людям "... и заброшенному ребенку и убийце", любя их и оправдывая их собственной природой и жизненными обстоятельствами.

Но в тот момент, когда природа берет над псами верх (привет "Антихристу":-)), и они "способны жрать собственную отрыжку", то остановить их можно только плетью (вот, что показано в Догвиле).

Что и происходит в конце фильма, когда Сын, пройдя за время фильма все Страсти Христовы, будучи предан Иудой (П. Беттани), вынуждено соглашается с Отцом.

Пройдя вместе со зрителем трех часовой игровой путь, путь высшей степени нравственности - всепрощения и любви, в конце концов, Бог Сын сам же и выносит людям смертный приговор. Сатисфакция изстрадавшегося зрителя и его Бога - Страшный суд над жителями Догвиля. Тра-та-та-та!!!

Спор с Отцом проигран: не давать другим шанса нести ответсвенность за свои поступки - это тоже высокомерие. Всепрощение есть высокомерие любви.

Да, они оба высокомерны, Отец и Сын. Каждый по своему: один в принятии на себя миссии верховного судьи, другой - в любви и всепрощении, но, как Ветхий и Новый заветы, они никогда не могут быть вместе.

Владимир Безваль
https://www.afisha.ru/personalpage/115174/review/381624/


Image result for догвилль

Tags: быков дмитрий, кино, кино другое, мое кино, мои комментарии, религия, чужие комментарии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments